ellssa
Важно совсем не то, что пишут на заборах. Заборы и существуют для того, чтобы на них писали непристойности.(с) И.Порошин
15.10.2013 в 03:23
Пишет kurufin_the_crafty:

Удивительные приключения краденых стройматериалов - 2
Начало.

Перебравшись из Рима во Флоренцию, ничего особенного по части краденой античности мы не обнаружили. И то сказать, римская Florentia – не бог весть какой мегаполис, так, поселеньице ветеранское. Была, конечно, парочка храмов, был, конечно, местный форум, с которого средневековые флорентийцы стащили статую Марса и еретически поставили на деревянном мосту через Арно – в качестве талисмана. Была даже народная примета: если мост с Марсом, не дай бог, снесет, то, значит, тут и всей Флоренции конец. И таки снесло во время очередного наводнения – вместе с Марсом. Однако примета не сбылась: Флоренция и по сей день себя неплохо чувствует, а вместо хлипкого деревянного поста флорентийцы отгрохали каменный – Понте-Веккьо. Во времена Козимо I на мосту квартировали ювелирные лавочки, и даже сейчас ничего в этом отношении не изменилось:

Зато Венеция, зато Венеция… :-)) То, чего венецианцы не могли стырить на родной земле, они тырили в чужих краях. Тырили, тащили домой, переделывали, комбинировали – в частности, «главного» городского льва святого Марка, что стоит на колонне на Пьяцетте, слепили из ассирийской химеры, малость отрихтовав ее и подсунув под лапу Евангелие. Статую святого Феодора на колонне по соседству (тоже, кстати, покровитель города, как и Марк) собирали, словно детский конструктор: голова – от трофейной статуи Митридата Понтийского, туловище – от какого-то римского полководца, а крокодил под ногами – вообще из черт знает чего.

Собор Сан-Марко в этом смысле радует не меньше. Наверху – квадрига, утащенная из Константинополя во времена Крестовых походов (сейчас ее, как на грех, не увидишь – пол-собора в лесах), внизу – византийские же барельефы (тоже утащенные), на углу – «четыре сарацина»: порфировые тетрархи, тоже из Константинополя. Императоры-тетрархи отличаются крайне заговорщицкими выражениями лиц и странными позами – что и породило в народе легенду, будто на самом деле это четыре сарацина, которые собирались обокрасть базилику, да Господь не попустил – превратил залетных уголовничков в камень.

Интересно, что поставка в Венецию заморских шедевров была для местных жителей гражданским долгом. В норвичевской «Истории Венецианской республики» мы с удовольствием прочли, как в конце одиннадцатого века дож Доменико Сельво, обеспокоенный тем, что собор святого Марка выглядит как-то бедновато, специально «распорядился, чтобы каждый венецианский купец, возвращающийся с Востока, привозил оттуда для базилики мрамор или красивые резные украшения».

Примем во внимание, что венецианский купец того времени от пирата мало чем отличался. В конце концов, даже глубоко почитаемые мощи святого Марка в Венецию приплыли не сами по себе – местная купеческая братва раздобыла их в Александрии методом элементарного гоп-стопа (александрийские христиане совершенно не желали отдавать их добровольно). Так что глагол «привозить» в повелении дожа, надо понимать, является недопустимым эвфемизмом.

В предпоследний день в Венеции мы с Элиссой обедали в славном кабачке напротив Скуола-ди-Сан-Марко и, начитавшись Норвича, начали представлять в лицах процесс своза «красивых резных украшений»:

- …Так, ребята, подходим, показываем, чего привезли! А, Якопо Однорукий! Ну, с чем на этот раз пожаловал?

- Плиты мраморные, ваша милость! С картинками!

- Откуда?

- Из Константинополя, ваша милость! Еле упе… то бишь, еле допер!

- Молодец! А у тебя что, Карло Черная Борода?

- Статуи римские, ваше сиятельство! Кажный статуй самолично выбирал! Во, глядите-кось – амператор, девка голая каменная, ишо девка голая, да ишо девка…

- Так, императора давай сюда, а девок куда-нибудь в сторонку грузи. Мы тут не бордель, а собор украшаем. А ты, добрый молодец, кто такой?

- Ренцо Выбейглаз, ваше сиятельство! Химеру персидскую привез!

- Химеру, говоришь? Дай-ка глянуть… Хм-м-м… Ладно, сгодится. Заноси. Эй, кто там, принимайте зверюгу! Да скажите Пьеро-камнерезу, пускай льва для святого Марка не вытесывает – нечего матерьял зря тратить. Мы этой химерине книжку каменную под лапу подсунем, вместо льва пойдет… Следующий!

- Здравьица вам, вашсятельство…

- А-а, Дзанни Жлоб. Ну, Дзанни Жлоб, что там у тебя?

- Изволите видеть, нога!

- Какая еще нога?

- Изволите видеть, хорошая нога, мраморная…

- Господи милосердный! Где ты ее взял?

- Не извольте гневаться, не скажу, вашсятельство, на островке каком-то, темно было, не упомню…

- На островке… А еще что есть, кроме ноги?

- Никак нет ничего, вашсятельство, кораблик-то у меня маленький, много не уволокешь.

- Нет, Дзанни Жлоб, ты и вправду жлоб! Ты бы хоть перед людьми постыдился! Вон, у Якопо корабль не больше твоего, а одних барельефов сколько ободрал да привез из-за тридевяти земель! А Томмазо? Три колонны на своей лодчонке притащил! Ну одну, правда, при разгрузке утопил, да не беда, выловим… А Дзото? Вон, гляди, чего выгружает: целых четырех ке.. те… как их бишь, прости господи… о, тетрархов! Четырех тетрархов приволок, умница такой! И все на подбор, как новенькие!

- Дык, ваша дожеская милость, куды ж они годятся, энти тетрадхи? Сбились в кучку и зыркают, ровно украли чего! Куды их в святое место ставить-то?

- А вот это, Дзанни Жлоб, не твоего ума дело. Куда моя милость с Советом решит, туда и поставим. Ладно, давай свою ногу… Эй, погоди-ка! Она у тебя что, левая?

- Изволите видеть, вашсятельство, левая…

- Да ты что, Дзанни, издеваешься надо мной? Третий раз тебя посылаем – ты в третий раз привозишь ногу! И в третий раз левую! Говори: издеваешься?

- Да как можно, вашсятельство! Да рази б мы посмели над вашей дожеской милостью…

- А-а, я понял. Ты не надо мной издеваешься. Ты над Светлейшей Республикой издеваешься. Ну все, Дзанни Жлоб, лопнуло мое терпение. Ты у меня теперь тюрьму обживать будешь – вон, как раз ребята новую во Дворце Дожей ладят. На тебе и опробуем!

- Смилуйтесь, вашсятельство, не надо в тюрьму! Отслужу, отслужу, как бог свят! В следующий раз такого вам привезу!..

- Да уж, привезешь, как же! Ладно, черт с тобой. Эй, кто там, уберите этого… Жлоба! Да позовите Пьеро-камнереза!.. А, ты уже здесь. Скажи-ка мне, Пьеро, вы святого Феодора уже всего собрали?

- Нет еще, ваша милость. Головы не хватает да ноги правой. Все подходящих никак не находится.

- Значится, так: голову открутишь у императора, что Карло привез, – как раз должна подойти. Да поаккуратней откручивай-то, не испорть, головами у нас тут поле не засеяно. А ногу вот эту возьмешь.

- Ваша милость, да она ж левая! Не может же у святого две левых ноги быть!

- Слушай, Пьеро, ты у нас дурак или только притворяешься? Мы его на Томмазову колонну взгромоздим – на такой высоте ни одна собака не разберет, левые у него ноги или не левые! А на другую колонну вот эту химерину поставим, с книжкой. Сразу обоим заступничкам небесным и угодим, понял?

- Как не понять, ваша милость! Здорово вы это придумали! Ну, а ежели Томмазо третью колонну выловит, на нее что ставить будем?

- Ты погоди, Пьеро, не лезь наперед. Вот когда выловит, тогда и будем думать. А пока и так работы невпроворот. Собор-то, прости господи, прямо голый стоит – стыдобища-то какая…

Третью колонну, конечно, хрен кто выловил. Их действительно было три (предположительно, с острова Хиос), каждая весом под сотню тонн, и одну из них действительно утопили при разгрузке корабля. Найти не могут до сих пор.

Оставшиеся две колонны валялись на Пьяцетте до самого конца двенадцатого века, пока один ушлый архитектор по имени Никколо Бараттьери не додумался, как их поставить вертикально. В награду за работу Бараттьери выпросил себе право расставить под колоннами столики для игры в кости – и немало с этого нажился.

Ну а еще между колоннами любили кого-нибудь вешать – в тех случаях, если не вешали прямо на окнах Дворца Дожей. В представлении венецианских властей казнь такого рода выглядела особенно элегантно и поучительно.

А теперь иллюстрации:

Колонны на Пьяцетте - с химерой и с Феодором-трансформером.



Химера крупным планом.



Сан-Марко (вид из внутреннего двора Дворца Дожей).



Сан-Марко: барельефы и тетрархи.



Тетрархи в подробностях.



Дворец Дожей.





Тюрьма во Дворце Дожей - та самая, куда наш гипопетический дож приглашал Дзанни обживаться. Кстати, мы предполагаем, что после эпизода с мраморной конечностью Дзанни в качестве бонуса к прозвищу "Жлоб" непременно должен был заработать новое погоняло: "Дзанни Левая Нога".



Двухместная камера. Довольно просторно. Однако как из такой тюрьмы сбегать - ума не приложу. Даже если выберешься из камеры (стукнув стражника по голове или еще как), надо иметь на руках план коридоров. Иначе запутаешься в этом лабиринте и фиг выберешься - по крайней мере, мы по ним битый час блуждали.

URL записи